Миф как форма исторического знания

Мифология как исторический тип мировоззрения. Концепции А. Ф. Лосева и К. Леви-Стросса

Все статьи сайта → Философия → Мифология как исторический тип мировоззрения

Широко известны античные мифы детально разрабо­танные повествования древних греков и римлян о богах, тита­нах, героях, фантастических животных. Исследования ученых показали, что мифы в той или иной форме представлены у всех народов мира. Обнаружены отдельные элементы мифологического творчества, равно как и развет­вленные системы, у древних иранцев, индийцев, германцев, сла­вян. Большой интерес с точки зрения истории культуры пред­ставляют мифы народов Африки, Америки, Австралии.

Как древнейшая форма духовной жизни человечества, мифы прежде всего представляют собой наиболее ранний, соответ­ствующий первобытному обществу способ мировосприятия, ис­толкования окружающей действительности и самого человека. Здесь находят свое отражение практически все основные эле­менты мировоззренческого сознания как такового – пробле­мы происхождения мира (космогонические мифы) и человека (антропогонические мифы), проблемы рождения и смерти, судь­бы, смысла жизни, человеческом предназначении (смысло-жизненные мифы), вопросы будущего, пророчества о «конце мира» (эсхатологические мифы) и др. Наряду с этим важное место занимают мифы о появлении тех или иных культурных благ: о добывании огня, земледелии, изобретении ремесел, а также ус­тановлении среди людей определенных социальных правил, обычаев и обрядов.

Для мифологии характерна своя пространственно-времен­ная структура. Любое событие, о котором идет речь в это­го рода повествованиях, относится к далекому прошлому — к мифологическому времени. Таким образом, священное («сак­ральное») время строго отделено от «профанного», т. е. эмпи­рического, «настоящего» времени. В истории культуры период господства архаичного сознания характеризуется тем, что в мифе снято разделение идеального и материального, образа и предмета, значения и смысла.

Концепция А. Ф. Лосева

А. Ф. Лосев (1893—1988)

Философ ставит под сомнение познавательную функцию мифа. В статье «Мифология» А. Ф. Лосев пишет: «Вошло в обыкновение понимать миф как попытку объяснения или понимания природы и общества первобытным человеком. Это неверно, поскольку всякое объяснение природы и общества, даже максимально мифологическое, является уже результатом рассудочного познания и тем самым резко отличается от мифа, обладающего какой угодно, но только не познавательной функцией» [2, с. 457-458]. По мнению философа миф есть «живое, одушевленное и в конце концов антропоморфное понимание бытия» [3, с. 105]. Но, будучи пониманием бытия, миф все же не является его объяснением. Он возникает вовсе не как попытка первобытного человека объяснить загадочные явления окружающего его реального мира, а как «проецирование вовне первобытнообщинных отношений, основанных на абсолютизации родовой жизни» [3, с. 134]. Миф – это и есть «объяснение» природы через перенесение на нее отношений между людьми, характерных для первобытнообщинной формации (родовой социоморфизм), а также свойств человека (антропоморфизм).

А. Ф. Лосев касается и вопроса о том, как возникает философия. Он пишет о возникновении философии как о превращении мифа в свою противоположность: «Родовая жизнь создала мифологию, – что создает рабовладельческая формация? При переходе к рабовладению миф, очевидно, тоже должен перейти в свою противоположность» [3, с. 105]. На страницах этой же книги неоднократно подчеркивается, что философия отличается от мифологии по содержанию только тем, что первая не антропоморфна, вторая же антропоморфна.

В работе «Диалектика мифа» [4] А. Ф. Лосев выделяет шесть тезисов, которые поочередно феноменологически детализируют понятие мифа:

«. 1. Миф не есть выдумка или фикция, не есть фантастический вымысел, но – логически, т.е. прежде всего диалектически, необходимая категория сознания и бытия вообще.

2. Миф не есть бытие идеальное, но жизненно ощущаемая и творимая вещественная реальность.

3. Миф не есть научное, и в частности, примитивно-научное, построение, но – живое субъект-объектное взаимообщение, содержащее в себе свою собственную, вненаучную, чисто мифическую же истинность, достоверность, принципиальную закономерность и структуру.

4. Миф не есть метафизическое построение, но – реально, вещественно и чувственно творимая действительность, являющаяся в то же время отрешённой от обычного хода явлений, и, стало быть, содержащая в себе разную степень иерархийности, разную степень отрешённости.

5. Миф не есть ни схема, ни аллегория, но символ; и, уже будучи символом, он может содержать в себе схематические, аллегорические и жизненно-символические слои.

6. Миф не есть поэтическое произведение, но – отрешённость его есть возведение изолированных и абстрактных вещей в интуитивно-инстинктивную и примитивно-биологически взаимоотносящуюся с человеческим субъектом сферу, где они объединяются в одно неразрывное, органически сросшееся единство» [4, с.71-72].

Согласно вышеперечисленным тезисам, мыслитель выделяет следующее определение мифа: «…Миф – это такая диалектически необходимая категория сознания и бытия (1), которая дана как вещественно-жизненная реальность (2) субъект-объектного, структурно выполненного (в определенном образе) взаимообщения (3), где отрешенная от изолированно-абстрактной вещности жизнь (4) символически (5) претворена в до-рефлективно-инстинктивный, интуитивно понимаемый умно-энергийный лик (6)» [4, с. 73]. Если короче: миф есть интеллигентно данный символ жизни, необходимость которого диалектически очевидна. Еще яснее: миф есть символически данная интеллигенция жизни. А символически осуществленная интеллигенция для Лосева есть личность, и, следовательно, миф есть личность, личностное бытие или образ бытия личностного, лик личности.

Миф в понимании Лосева – тождество идеального и материального, идеи и материи. Миф – становление идеи как бытия в символе, и эта символичность применима к любым фактам-феноменам, попадающим в поле сознательной деятельности исследователя. Внешняя проявленность мифа – символ, а если символ проявлен в личности, он становится именем. В личности синтезируется смысл или сущность идеи, оформленной как имя, в ней неразрывно связаны идея, миф, символ, личность сама по себе, энергия сущности, имя. Итак, миф всегда есть слово, «миф есть в словах данная личностная история».

Таким образом, категория мифа у А. Ф. Лосева представляет собой синтез четырех понятий – личности, истории, чуда и слова. Тесная связь лосевского учения об имени и учения о мифе очевидна: одно не может существовать без другого, и в силу этого мы можем сказать – диалектика мифа в учении Лосева есть не что иное, как его учение само по себе, его учение как миф, как «в словах данная чудесная личностная история».

Концепция К. Леви-Стросса

К. Леви-Стросс (1908—2009)

Современное представление о структуре мифа впервые дано французским этнографом, социологом и культурологом Клодом Леви-Строссом. В его осмыслении миф всегда относится к событиям прошлого, однако значение мифа состоит в том, что эти события, имевшие место в определенный момент времени, существуют вне времени. Миф в равной мере объясняет как прошлое, так и настоящее и будущее.

Чтобы понять эту многоплановость, лежащую в основе мифов, мыслитель обращается к сравнению мифологии с политической идеологией: «Итак, что делает историк, когда он упоминает о Великой французской революции? Он ссылается на целый ряд прошедших событий, отдаленные последствия которых, безусловно, ощущаются и нами, хотя они дошли до нас через целый ряд промежуточных необратимых событий. Но для политика и для тех, кто его слушает, французская революция соотносится с другой стороной действительности: эта последовательность прошлых событий остается схемой, сохраняющей свою жизненность и позволяющей объяснить общественное устройство современной Франции, его противоречия и предугадать пути его развития. Эта двойственная структура, одновременно историческая и внеисторическая, объясняет, каким образом миф может одновременно соотносится и с речью (и в качестве таковой подвергаться анализу), и с языком (на котором он излагается). Но сверх того он имеет еще и третий уровень, на котором его можно рассматривать как нечто абсолютное. Этот третий уровень также имеет лингвистическую природу, но отличную от двух первых» [5, с. 186].

К. Леви-Стросс отмечает, что место, которое занимает миф в ряду других видов языковых высказываний, прямо противоположно поэзии, каково бы ни было их сходство. Поэзия необычайно трудно поддается переводу на другой язык, и любой перевод влечет за собой многочисленные искажения. Ценность же мифа, как такового, напротив нельзя уничтожить даже самым плохим переводом. Дело в том, что сущность мифа составляют не стиль, не форма повествования, не синтаксис, а рассказанная в нем история. «Миф – это язык, но этот язык работает на самом высоком уровне, на котором смыслу удается, если можно так выразиться отделиться от языковой основы, на которой он сложился».

К. Леви-Стросс высказал следующую гипотезу, что сутью мифа являются пучки отношений и в результате комбинаций этих пучков образуются составляющие единицы мифа, обретающие функциональную значимость. Отношения, входящие в один пучок, могут появляться, если рассматривать их с диахронической точки зрения, на известном расстоянии друг от друга, но если удастся объединить их в их «естественном» сочетании, тем самым удастся представить миф как функцию новой системы временного отсчета, которая удовлетворяет первоначальным допущениям. Реально идя вслед за Владимиром Проппом, он попытался установить структуру мифа, группируя его по функциям.

Структура мифа об Эдипе раскладывается им на четыре колонки (см. рис. 1), в каждой из которых сгруппированы отношения, входящие в один пучок. Если мы хотим рассказать миф, нужно, не обращая внимания на колонки, читать ряды слева направо и сверху вниз. Но если мы хотим его понять, то одно из этих направлений, связанное с диахронией (сверху вниз), теряет свою функциональную значимость, и мы читаем слева направо, колонку за колонкой, причем рассматриваем каждую колонку как единое целое.

Рис. 1. Структура мифа об Эдипе

В первую попали события, которые можно обозначить как переоценка родственных отношений. Это, к примеру, «Эдип женится на своей матери Иокасте». Во второй колонке представлены те же отношения с обратным знаком, это недооценка родственных отношений, например «Эдип убивает своего отца Лайя». Третья колонка рассказывает о чудовищах и об их уничтожении. В четвертую попало то, что три героя имеют затруднения в пользовании своими конечностями (там присутствуют хромой, левша, толстоногий). Все это дает ему возможность ответить на вопрос, почему в бесписьменной литературе столь значимы постоянные повторения ситуаций? Он дает следующий ответ:

«Повторение несет специальную функцию, а именно выявляет структуру мифа. Действительно, мы показали, что характерная для мифа синхронно-диахронная структура позволяет упорядочить структурные элементы мифа в диахронические последовательности (ряды в наших таблицах), которые должны читаться синхронно (по колонкам). Таким образом, всякий миф обладает слоистой структурой, которая на поверхности, если так можно выразиться, выявляется в самом приеме повторения и благодаря ему» [5, с. 206].

Однако, отмечает мыслитель, слои мифа никогда не бывают строго идентичны. Если предположить, что цель мифа – дать логическую модель для разрешения некоего противоречия (что невозможно, если противоречие реально), то мы будем иметь теоретически бесконечное число слоев, причем каждый будет несколько отличаться от предыдущего. Миф будет развиваться как бы по спирали, пока не истощится интеллектуальный импульс, породивший этот миф. Значит, рост мифа непрерывен в отличие от его структуры, которая остается прерывистой. Свое внимание структуре Леви-Стросс объясняет следующим образом: «Структура не имеет обособленного содержания: она сама является содержанием, заключенным в логическую форму, понимаемую как свойство реальности» [6, с. 9].

Искренне благодарны всем, кто поделился полезной статьей с друзьями:

Источник

Мифология как тип мировоззрения. Мифология в XIX в. и в XX в

Содержание:

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

Введение

Что представляет собой мифология как наука, интересно изучать ее как исторический тип мировоззрения? Мифология была изначальной системой общих знаний о мире для человеческого общества.

Конечно, миф нельзя считать источником исторической информации, так как любой миф, или его характер, практически придуман от начала и до конца. Тем не менее, миф представляет интерес для научных исследований. Прежде всего, изучение мифов ценно с культурной точки зрения. Ознакомившись с мифом или его персонажами, мы постепенно освещаем их мировоззренческую оценку самими авторами или переводчиками. Конечно, иногда довольно сложно отделить мифологические идеи и сюжеты, которые росли на основе народного воображения, но перерабатывались в среде священников, религиозных мыслителей, от священнических, божественных и религиозно-мифологических построений.

Ознакомившись со следующим материалом, можно сделать вывод о том, что мифология представляет собой вариант исторического типа мировоззрения

Концепция мифологии

В мифологии происхождение мира рассматривалось как его сотворение или постепенное развитие из изначального бесформенного состояния, как порядок, т.е. превращение из хаоса в космос, как созидание путем преодоления разрушительных демонических сил. Существовали также мифы, описывающие грядущее разрушение мира, в некоторых случаях с последующим его возрождением.

Миф, самая ранняя форма духовной культуры человечества, выражает мировоззрение, мировосприятие, мировосприятие людей того времени, когда он был создан. Она функционировала как универсальная, неразделенная (синкретическая) форма сознания, объединившая в себе зачатки знаний, религиозные убеждения, политические взгляды, различные виды искусства и философии. Только позже эти элементы обрели самостоятельную жизнь и развитие.

О том, что мифология является историческим типом мировоззрения, свидетельствует тот факт, что научное рассмотрение «мировых религий» (христианство, ислам, буддизм) показало, что они «наполнены» мифами. Кроме того, появились литературные адаптации мифов разного времени и народов, огромная научная литература, посвященная мифологии отдельных народов и регионов мира, а также сравнительно-исторические исследования мифов, включающие в себя не только повествовательные литературные источники, являющиеся результатом более позднего развития, чем первоначальная мифология (например, древнегреческая «Илиада»), но и данные этнографии, лингвистики.

Очень древними являются мифы о происхождении Солнца, месяца, звезд. В одних мифах их часто изображают люди, когда-то жившие на земле и по каким-то причинам вознесшиеся на небо, в других создание солнца (не персонифицированного) приписывается сверхъестественному существу.

Методология изучения мифологии как исторического типа мировоззрения

Таким образом, мифотворение считается важнейшим явлением в культурной истории человечества. В примитивном обществе мифология представляла собой основной способ понимания мира. Миф выражает мировоззрение и понимание мира той эпохи, в которой он был создан. С самых ранних времен человек должен был понимать окружающий его мир. Первые попытки рационального переосмысления мифологического материала были сделаны в древности, и превалировала аллегорическая интерпретация мифологии.

Платон противопоставлял мифологию философской и символической интерпретации. Евгемер (IV-III вв. до н.э.) видел в мифических образах обожествление исторических личностей, положив тем самым начало «евгемеричной» трактовке мифов, которая была широко распространена и получила позднее распространение. Христианская теология средневековья дискредитировала древнюю мифологию; интерес к ней был возрожден гуманистами эпохи Возрождения, которые видели в ней выражение чувств и страстей эмансипирующей человеческой личности.

Идеологическая символика мифа

Идеологическая символика мифа является его важнейшей чертой. Мифологическая мысль обычно оперирует конкретными и личностными терминами, манипулируя внешними вторичными сенсорными свойствами объектов; объекты сходятся в пространстве и времени. В мифологическом объяснении то, что выглядит как сходство в научном анализе, выглядит как идентичность. Бетонные объекты, не теряя своей конкретности, могут стать знаками других объектов или явлений, то есть символически заменить их.

Подменяя один символ или набор символов другим, мифическая мысль делает описанные ею объекты более духовными (хотя полное преодоление метафоры и символизма в рамках мифа невозможно). Замена причины и следствия, примат происхождения предмета очень характерна для мифа в силу его сущности. Некоторые объекты, не теряя своей конкретности, могут стать знаками других объектов или явлений, то есть символически заменить их. Заменяя одни символы или некоторые серии символов на другие, мифическая мысль делает предметы, которые она описывает, более духовными (хотя полное преодоление метафоры и символизма в рамках мифа невозможно).

Мифология и религия

Относительно недавно были известны примеры культовых мифов: В Древней Греции Элевзинские Тайны сопровождались религиозными мифами (о Деметере и ее дочери Коре, о похищении Коры властелином подземного мира Плутоном и ее возвращении на землю), которые объясняли драматические действия, которые происходили. Есть основания полагать, что культовые мифы широко распространены, что они присутствуют везде, где совершается религиозный обряд. Религиозные обряды и мифы тесно связаны между собой. Эта связь давно признана в стипендии. Но разногласия вызывают вопрос: Что здесь первично, а что производно? Был ли обряд создан на основе мифа, или миф был составлен в поддержку обряда?

В научной литературе есть разные решения этого вопроса. Очень часто, например, бывают случаи, когда один и тот же обряд по-разному интерпретируется его участниками. Ритуалы всегда составляют наиболее устойчивую часть религии; связанные с ними мифологические идеи изменчивы, непостоянны, не редко полностью забыты; их заменяют новые, которые должны объяснять тот же самый ритуал, первоначальный смысл которого давно утрачен. В некоторых случаях, конечно, религиозные практики основывались на религиозной традиции, то есть, в конечном счете, на мифе, как будто это была инсценировка того же самого.

Родство философии и религии заключается в том, что и те, и другие являются социально-историческими формами мировоззрения, решающими сходные проблемы понимания мира и влияющими на сознание и поведение людей. Но они тоже разные. На протяжении тысячелетий философски мыслящие люди составляли ничтожно малую долю от общего числа глубоко религиозных людей. Конечно, только образованные, интеллектуально развитые люди могли мыслить свободно и независимо. Большинство черпало свои моральные и мировоззренческие установки из церковно-религиозных источников. Только с ростом образования и культуры, с научным прогрессом последних двух столетий, философские знания и исследования получили более широкое распространение в мире.

Влияние мифологии на формы героической эпопеи

Мифология оказала влияние на формирование героического эпоса, особенно через образ культурного героя. Именно этот образ, по-видимому, послужил исходным материалом, из которого впоследствии «сложились» модели эпических героев. Архаические формы героического эпоса (карельские финские руны, нартовский эпос кавказских народов, грузинские сказки амиранов, армянские сказки сасунских воинов, якутский, бурятский, алтайский, киргизский, шумерско-аккадский эпос) до сих пор содержат мифологические элементы; архаический эпос обобщает историческое прошлое через язык и концепции первобытных мифов. В более поздней «классической» эпопее (Рамаяна, Махабхарата, Илиада, Германо-Скандинавская эпопея, Шахнама, Гесар и Алпамышские нарративы, Русская Байлина) также сохранились мифологические основы, хотя формы этой эпопеи, сложившиеся в условиях заметной государственной консолидации, сделали важные шаги в направлении демифологизации.

Мифология как исторический тип мировоззрения

На любом этапе индивид (общество) имеет очень специфическое мировоззрение, то есть систему знаний, представлений о мире и месте человека в нем, об отношении человека к окружающей действительности и к самому себе. Кроме того, мировоззрение включает в себя основные жизненные позиции людей, их убеждения и идеалы.

Процесс классового становления осложнялся существованием различных кланов, сект, общин и других объединений, которые прочно определяли место человека в обществе. Эта система всегда играла важную роль в жизни человека. Во-первых, это защищало человека от произвола государства; во-вторых, позволяло чиновнику самостоятельно распоряжаться доходами своей корпорации.

Корпоративные связи, которые развивались на протяжении веков, были основаны на традициях и освещены религией. Система этих связей стала основой социальной структуры. Более того, их консерватизм способствовал политической деспотичности восточного государства. Взаимозависимость государства и социальной структуры привела к необходимой стабильности, характерной для восточных стран: государство рухнуло, но социальная структура осталась неизменной. Все это также обусловило особенности интеллектуальной культуры, особенно философии.

Первые попытки рационально переосмыслить мифологический материал и рассматривать его как проявление исторического типа мировоззрения, решить проблему соотношения рационального знания с мифологическим нарративом, были сделаны уже в древности (это, по сути, положило начало развитию древней философии). Преобладала аллегорическая интерпретация мифов (среди софистов, стоиков, считавших богов персонифицирующими свои функции, эпикурейцев, считавших, что мифы, созданные на основе природных фактов, предназначены для откровенной поддержки священников и правителей и т.д.). ). Платон противопоставил популярную мифологию философской и символической интерпретации мифов.

Древнегреческий философ Эгемайр (III в. до н.э.), рассматривавший мифологию как разновидность мировоззрения, воспринимал мифические образы как обожествляемые исторические фигуры (такое толкование мифов, называвшееся Эгемайрианом, было распространено и позднее). Христианские богословы средневековья, буквально и аллегорически интерпретировавшие Ветхий и Новый Заветы, дискредитировали древнюю мифологию, либо апеллируя к эпикурейским и евгемерским толкованиям, либо объявляя древних богов демонами».

В Ренессансе возродился интерес к древней мифологии как к своеобразному мировоззрению. Гуманисты Ренессанса, обратившиеся к древней мифологии, видели в ней выражение чувств и страстей эмансипирующей человеческой личности, что было свойственно той эпохе. Древняя мифология также интерпретировалась как моральные поэтические аллегории. Оставалась доминирующей аллегорическая интерпретация мифов (Трактат Бокаччо, более поздние сочинения Ф. Бэкона и другие). Для развития знаний в области мифологии большое значение имели открытие Америки и знакомство с культурой американских индейцев.

Появляются первые попытки сравнительной мифологии («Нравы американских индейцев в сравнении с нравами древности» Дж. Ф. Лафито, 1724, сравнившего культуру североамериканских индейцев с древнегреческой культурой). Итальянский ученый Г. Вико, автор «Основы новой науки» (1725), создал глубокую философию мифа и пытался рассматривать его как отпечаток исторических взглядов его создателей. Античность представлена Вико как поэтическая и укоренившаяся в мифе во всех аспектах, что свидетельствует о его понимании примитивного идеологического синкретизма. Вико называет мифологию «божественной поэзией» (из которой впоследствии возникает героическая поэзия гомеровского типа) и связывает ее специфику с неразвитыми и специфическими формами мысли, сопоставимыми с детской психологией.

Вико думает о чувственной конкретности и телесности, об эмоциональности и богатстве воображения без рациональности, о переносе человеком собственных атрибутов на объекты окружающей среды, о невозможности абстрагирования атрибутов и формы от субъекта, о замене сущности «эпизодами», т.е. повествовательностью и т.п. Его мировоззрение содержало в зародыше почти все более поздние основные направления изучения мифологии как типа мировоззрения.

Заключение

Подводя итоги изучения мифологии как исторического типа мировоззрения в западной (как и в русской дореволюционной) науке, следует отметить, что если позитивистская этнология второй половины XIX века видела в мифах только «остатки» и наивный преднаучный способ объяснения неисследованных сил природы, то этнология XX века показала, прежде всего, что мифы не являются «остатками» и наивным преднаучным способом объяснения неисследованных сил природы. доказало,

Список литературы

Если вы хотите научиться сами правильно выполнять и писать рефераты по любым предметам, то на странице «что такое реферат и как его сделать» я подробно написала.

Посмотрите похожие темы рефератов возможно они вам могут быть полезны:

Оформление рефератов для любых институтов и университетов:

Присылайте задания в любое время дня и ночи в ➔

Официальный сайт Брильёновой Натальи Валерьевны преподавателя кафедры информатики и электроники Екатеринбургского государственного института.

Все авторские права на размещённые материалы сохранены за правообладателями этих материалов. Любое коммерческое и/или иное использование кроме предварительного ознакомления материалов сайта natalibrilenova.ru запрещено. Публикация и распространение размещённых материалов не преследует за собой коммерческой и/или любой другой выгоды.

Источник