кому принадлежит номер 3434
Мы всей страной собираем деньги по «смс» больным детям.
Напомним о новом указе президента Путина,
о том что 2% он сбора налогов, пойдут на лечение детям.
На ТВ постоянная реклама о чьем то горе всё так-же в эфире
Такой вопрос, а что налоги у нас раз в год собирают или как?
Будем ждать конца года или конца вообще чего-то?
Я Неумный, послал очередные 50 рублей по «SMS» и задумался.
Куда идут эти деньги?
Кто проплачивает дорогостоящую рекламу на ТВ?,Если телеканалы дают эту рекламу бесплатно, то почему бы телевизионщикам просто не переводить часть рекламных доходов в помощь тому или иному человеку?
И при этом с гордостью писать или говорить, что все деньги полученные за показ этого ролика пойдут на лечение конкретного человека.
А вот если у телезрителя есть желание помочь то пожалуйста.
Но нет! Телеканалы этого не делают?
Неужели сознательные граждане совместно соберут гораздо большую сумму, чем стоит рекламное время на ТВ?
Люди у нас добрые. И этой добротой кто-то умело пользуется?
А кто этот незримый, который использует наши благие порывы в своих целях?
Можно выяснить узнав кому принадлежит короткий номер, через который перечисляются деньги?
Дело в том, что за любой платеж осуществленный с помощью короткого номера, берется существенное комиссионное вознаграждение.
Процент варьируется в зависимости от агрегатора.
И вот поиском этой информации я и занимался сегодня целый день
Ничего! Никаких «концов» для зацепки.
Нет ни одной организации которая все эти дела проверяет, и остаётся «верить только на слово».
Простите, а верить кому?
Что есть точные адресаты оказанной помощи?
Нет, их и быть не может.
Так например даже лица детишек на видео или телевидении должны быть заретушированы.
А может быть это благотворительные организации, которые имеют возможность распоряжаться весьма внушительными суммами денег?
И вот поиском этой информации я и занимался тщетно сегодня целый день.
Вот такая расценка рекламы на «1-м Канале» была в 2019 году. Информация взята из сайта канала.
*стоимость указана за 1 минуту эфирного времени
Офф-прайм с 00:00 до 18:00 866 000, 00 руб.
Прайм-тайм с 18:00 до 00:00 2 050 000,00 руб.
В основном на лечение ребёнка телезрителям предлагают набрать около миллиона рублей, и ролик идёт долго.
Так например рекламный ролик «Кока-кола» или пива идёт максимум 20-секунд, а тут целые две минуты рассказывают то что пересказывать тяжело любому нормальному человеку,
Ну да ладно, это телевизионщики, а значит коммерция.
Вернёмся к указу Путина.
Например реклама вот такого не понятно чего идёт всего 10 секунд.
Неужели такая большая проблема выделить под это дело несколько миллиардов рублей, а в конце года эти деньги попросить у налоговой?
Например что-бы выплатить 10.000 каждому ребёнку в июне месяце государство потратило 200 миллиардов.
Нет, таких проблем у государства нет, и быть не может!
Так тогда к чему эта «канитель», завертелась?
Никаких контрактов на благотворительность не может быть ни у кого и никогда, так как благотворительность дело добровольное.
И как долго вся эта «ненормальность» на телевидении будет продолжаться?
Признаюсь честно, я Неумный сегодня задумался об этом в первый раз, и мне стало как-то даже не по себе.
Я в этой жизни видел много чего не справедливого, а вот о таком цинизме, и такой циничности я даже и задумываться не смел.
Я думаю, что как и многие из вас.
Ведь если хорошо подумать таких детишек не так уж и много.
А вот если уж их так много, что они уже в телевизоре просят денег на лечение, то это проблема уже государства, и ни о каких двух процентах налогов речи идти не может вообще.
Речь может идти только о целенаправленном выделение денег на решение проблемы будущего России.
Так поступают все цивилизованные страны!
Напишите нам в комментариях, что думаете по этому поводу.
Переводите ли вы сами деньги увидев подобную рекламу?
Если переводили деньги и никогда об этом не задумывались то просто поставьте лайк.
Обсуждают (10): Обсуждение
Комментарии (10)
«Шесть вопросов, показывающих, что со сборами на препарат от СМА что-то было не так
Как вы могли заметить, я погрузилась недавно в «благотворительную» повестку и стала больше читать о теневой стороны популярных российских НКО. И вот что я вычитала. Помните, весь прошлый год наши независимые СМИ и благотворители провели за сборами на супер дорогой укол для лечения СМА Zolgensma. Это генный препарат, одна его доза по сегодняшнему курсу стоит 157 млн рублей. Для терапии нужна только разовая инъекция. Эти факты, в общем-то, благодаря беспрецедентной кампании по сбору средств на СМА, всем более или менее теперь известны. А вот ряд не очень способствующих сборам фактов остались в тени.
2. Препарат подходит только детям до двух лет и весом до 13,5 кг. Кроме того, у препарата есть абсолютные противопоказания. И также доказано, что он «сажает» многим детям печень. Это важно. Потому что некоторые пациенты, которым собирали на Золгенсма, за почти год сборов стали старше и тяжелее, препарат они получить не смогли, а где же деньги? Где деньги, собранные на тех, кому в итоге не укололи Золгенсма из-за проблем с печенью, почками, тромбоцитопении? На этот вопрос ответить вряд ли кто-то сможет. Просто потому, что речь идет о катастрофически огромных деньгах;
3. А есть и еще более серьезные вопросы. Журналист Светлана Машистова, к примеру, спрашивала, не получают ли родители проценты с депозитов от собранных средств? Сборы на эти препараты идут долго, от полугода, редко какой семьи удавалось закрыть сбор сразу. Деньги собирают на счета семьи, как только там скапливается крупная сумма, ее переводят на защищенный счет. За полгода семья может получить 4-5% годовых с, допустим, 100 млн рублей. Это 2,25 млн рублей. Неплохо, да? А кто-нибудь хоть раз встречал отчетность семей о депозитах?
4. Или, скажем, хоть раз мы видели прецедент, когда бы семья, которой всю сумму оплатил вдруг крупный жертвователь, раскрыла состояние счета и перевела собранные средства другому ребенку со СМА? Я такого не встречала. Собирали-собирали, собрали, например, 80 млн, тут приходит нефтяной гигант и широким жестом перечисляет нужные 160 млн. А восемьдесят остаются семье;
5. Но и это еще не все вопросы. Увы, но кроме пары журналистов, включая ту же Светлану Машистову, мало кто смел требовать проверить, что происходит со счетами родителей детей СМА, когда нужная сумма собирается. По идее, счета должны быть закрыты, переводы на них больше не должны приниматься. Но не тут-то было. Оказывается, есть примеры, когда родители больного ребенка, открывая фонд для сбора средств, уже в самой оферте закладывают, что после получения нужной суммы они не закрывают счета и не обязуются передать деньги другим нуждающимся, а используют их для своих нужд. То есть, собирали 2,2 млн долларов, всем миром собрали, ребенку укол сделали. Потом семья начинает собирать на Спинразу, потому что Золгенсма оказалась не чудом, а счета со сборами на волшебную инъекцию продолжают висеть, на них текут деньги, которые никто никому не обязан показывать или передавать. Отлично придумано!
Или прооперировать сердце пятидесяти детям. Или оплатить полную реабилитацию для 150 детей с ДЦП. Выбор непростой, даже описывать его сложно. Но говорить об этом надо.
Может, начать уже серьезный разговор? Скольким детям в 2020 году собирали на укол Zolgensma? Сколькие его получили в итоге? Сколькие из них смогли полностью восстановиться? Во сколько хотя бы примерно оцениваются сейчас объемы сборов на СМА? Множество наших СМИ участвовали в этих сборах. Одним из самых активных была «Новая газета». Может, ее журналисты и соберут такой отчет?»
Аренда СМС номера для сбора благотворительности
Короткие номера 3434 и 3443 только для благотворительных фондов
Ваша организация делает добрые дела и хочет, чтобы возможности для помощи окружающим стали еще шире? Тогда вам просто необходимо задуматься о подключении короткого смс номера для приема благотворительных платежей.
Компания СМСМЕДИА всегда готова предложить свои услуги по организации такой возможности. Мы сумели грамотно объединить две технологии: короткие текстовые сообщения и мобильную коммерцию, создав на этой базе удобный сервис. Он дает возможность расширить горизонты оказания поддержки обездоленным и нуждающимся. Любой абонент сотовой связи, нажав всего несколько кнопок на своём телефоне и отправив SMS, сможет сделать доброе дело, не прилагая особых усилий. Размер финансовой помощи отправитель определяет самостоятельно (от 10 рублей и больше), в зависимости от своих возможностей.
Как это работает? Очень просто
Также, по желанию заказчика, возможно настроить сервис таким образом, чтобы в случае, когда абонент указал в сообщении только префикс, но не указал сумму, то система будет инициировать списание заранее согласованной с заказчиком фиксированной суммы денег.
В свою очередь, вы получаете 88 процентов суммы, которая указана абонентом, и имеете возможность в полном размере направлять ее на благотворительность. Как видите, все эффективно и доступно.
Стоимость регистрации и подключения короткого номера для благотворительности 10 000 рублей.
Никакой абонентской платы нет. Мы выплачиваем 100% накопленных вами средств.
В стоимость подключения входит: создание личного кабинета, подбор префикса, согласование проекта, заведение и настройка сервиса.
Наши преимущества
Чтобы стать партнером компании СМСМЕДИА и получить короткий смс номер для сбора благотворительности, пожалуйста, напишите нам письмо на info@smsmedia.ru, или воспользуйтесь формой заявки на подключение выше на этой странице.
В ходе бесплатной консультации вы сможете получить ответы на все интересующие вас вопросы и получить необходимую информацию об удобном сервисе по телефону: 8(495) 133-10-65.
oleganisimov
oleganisimovБлог Олега Анисимова
У меня вчера списали за услугу gprs-интернет 4,13 руб. за 435 Kb трафика, несмотря на то, что у меня безлимитный БИТ уже не первый год. Финансовый отдел МТС назвал это технической ошибкой и обещал в течение недели всё исправить и не допустить подобного впредь. А я вот думаю, почему между мной и техническим отделом стоит посредник в виде финансового отдела? И если этот отдел может самостоятельно выставлять мне счета за неоказанные услуги, то технический отдел может просто не узнать про свои «технические ошибки», потому что их просто не было.
Услуга предоставления платного контента под названием «Выбери свой Porsche». Каково?
«SMS на номер 2012 позволяет загрузить один фоновый рисунок для мобильного телефона на сайте.
Стоимость исходящего SMS сообщения на 3434 – 0 рублей.
Стоимость исходящего SMS сообщения на номер 2012 составляет 42,34 руб. с учетом НДС».
Почему вторая и третья строчка идут именно в таком порядке? Или специально создано впечатление, что стоимость исходящего SMS сообщения на 2012 – 0 рублей?
Я хорошо понимаю кому-что принадлежит и как оказываются услуги связи.
Фрмальность формальностью, но оператор связи заинтересован в потреблении услуг абонентом. Значит заинтересован в массовом жульничестве. Желательно не своими руками. Всегда можно сослаться на «нячэсных» партнеров (как в случае с премиум-тарификацией).
Отсюда и всякие мутные схемы, непонятные тарифы, платные рассылки, подключение беспланых_на_1_месяц услуг, премиум-тарификация и проч.
С одной стороны надо удержать абонента, с другой максимизировать прибыль, выжать все из абонента.
Тем более, когда сотовые операторы исчерпывают возможности для роста.
Телевизионные попрошайки или благотворительные фонды: расследование ФАН
На федеральных телеканалах стали массово появляться топорно сработанные ролики, где женщины с детьми на руках, сглатывая слезы, с интонациями профессиональных попрошаек просят денег. Реклама, которая вызывает вопросы у миллионов россиян, размещается благотворительными фондами, действительно собирающими деньги на лечение детей. Однако мало кто догадывается, что значительная часть собранных таким образом средств вкладывается снова в рекламу. Так работает система, позволяющая фондам значительно увеличить объемы пожертвований. Из девяти тысяч официально зарегистрированных в России благотворительных фондов деятельность лишь единиц прозрачна и доступна. На что собирают и как тратят деньги эти организации — в материале Федерального агентства новостей.
Министерство здравоохранения и социального развития недавно опубликовало разъяснения относительно деятельности благотворительных организаций. В документе говорится, что Минздрав готов сотрудничать с НКО, включая благотворительные и пациентские.
«В этих целях в Минздраве России сформирован совет пациентских организаций, включающий представителей таких организаций по целому ряду профилей деятельности. Не вызывает сомнения, что как НКО в целом, так и благотворительные организации в частности, занимаются значимой и полезной работой. При этом периодически в прессе появляется информация по сбору средств на лечение детей и взрослых с указанием на то, что помощь не может быть оказана в России или требует оплаты. Проведенные проверки показали, что по ряду таких фактов данная информация не соответствует действительности», — говорится в заявлении ведомства.
Обращение было вызвано тем, что министр здравоохранения Вероника Скворцова предложила тщательнее проверять, на что именно собирают деньги общественные организации. Их представители, в свою очередь, были удивлены тем, что этот вопрос возникает вновь и вновь — Минздрав уже неоднократно давал разъяснения, что не подвергает благотворительность как институцию сомнению.
После недоуменных комментариев в СМИ от представителей некоторых фондов в Минздрав вынужден был вновь уточнить: «Это никоим образом не означает, что все сборы средств, осуществляемые фондами, оцениваются Минздравом России негативно. Более того, министерство многократно выражало готовность, в случае поступления от фондов информации о необходимости сбора средств, проверить, действительно ли такая помощь не может быть оказана бесплатно в нашей стране. Такие запросы многократно поступали и поступают в Минздрав России. Речи о том, чтобы сделать такой механизм обязательным, не идет. Министерство исходило и исходит из того, что некоммерческие организации, включая благотворительные фонды, являются партнерами органов государственной власти в деле обеспечения наивысшего уровня защиты права граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь».
Однако на практике далеко не все эти «партнеры» занимаются защитой прав граждан. Многие откровенно зарабатывают на сострадании. И самое тревожное, что проверить это очень трудно.
Рубль ребенку, два — себе
На некоторых федеральных телеканалах все чаще стали появляться топорно сработанные ролики, где женщины с детьми на руках, сглатывая слезы, с интонациями профессиональных попрошаек просят денег. Почти угрожают: «Если не поможете, сынок умрет». Женщины, вероятно, вполне реальные, и дети их действительно больны и нуждаются в помощи. Но откуда и каким образом хлынули на телеэкраны эти новые русские фонды?
Елена Грачева, административный директор одного из самых известных и уважаемых благотворительных фондов — фонда «АдВита» — рассказала, как работают ее коллеги разной степени открытости и честности.
«Как правило, благотворительный фонд размещает рекламу либо по социальной квоте, если речь идет о государственных СМИ, либо по безвозмездному договору сотрудничества с коммерческой компанией, если удается договориться. Существует два типа размещения информации о фонде в СМИ: на бесплатной и на коммерческой основе. Крупные известные фонды, в том числе «АдВита», за рекламу не платят. Но есть фонды, которые покупают рекламу в СМИ по рыночным расценкам и показывают свои ролики по сбору средств как обычную рекламу», — рассказывает Елена Грачева.
Есть административные расходы фонда. Это зарплата сотрудников, налоги, оплата связи и т.д. Они не должны превышать 20% от прибыли, а у большинства серьезных фондов составляют всего 8-10%. И есть статья, которая называется «продвижение». Вот ею и пользуются организации, публикующие информацию о себе на условиях обычной коммерческой рекламы. Это не является незаконным, но при этом жертвователи не знают, что половина их пожертвований идет на платное размещение ролика о сборах средств. Конечно, благотворительные организации обязаны регулярно публиковать отчеты о собранных и потраченных средствах на сайте Минюста, но кто из обычных добросердечных людей будет искать и читать эти отчеты? Тем более, что найти нужную информацию, порой, весьма непросто.
Закон не обязывает фонд указывать, что информация о его деятельности размещена на коммерческой основе — это вопрос самого СМИ. И печатные СМИ, как правило, это указывают. А вот электронные СМИ и ТВ — чаще всего, нет, хотя есть и исключения.
По словам Елены Грачевой, среди сотрудников фондов на этот счет нет единого мнения. Потому что, с одной стороны, фонды действительно подвергаются множеству проверок со стороны Минюста, Минсоцразвития, прокуратуры. С другой стороны, критерии отчетности в законе не прописаны, они существуют лишь в виде ведомственных методических писем для бухгалтеров фондов и т.д. Но у этих критериев нет статуса закона. По закону от фондов требуют только публикацию годового отчета на сайте Минюста — и все.
Например, в Санкт-Петербурге зарегистрирован фонд, который платит за рекламу ровно половину своего весьма немаленького бюджета (речь идет о сотнях миллионов рублей за год). Его ролики часто демонстрируются по федеральным каналам, люди охотно реагируют и жертвуют деньги, но при этом даже не догадываются, что как минимум половина денег идет на рекламу.
«Появление названия фонда и его героев на экране телевизора не может быть гарантией того, что информация проверена, и что все ваши деньги уйдут конкретному персонажу. В подавляющем большинстве случае да, уйдут. Но, может быть, и нет», — говорит Елена Грачева.
На что фонды собирают деньги
Благотворительные организации в основном собирают средства на лечение и лекарства, которые государство по разным причинам не финансирует, не производит или его надо слишком долго ждать.
Например, пересадка донорских органов (сердце и легкие) ребенку — пока возможна только за границей. Или у региона нет денег на приобретение дорогостоящего препарата. Инновационные таргетные препараты действительно стоят сотни тысяч рублей, для многих региональных дотационных бюджетов эта ноша непосильна. (Напомним, статья финансирования госзакупок медпрепаратов находится в ведении регионального бюджета. Плюс действующая программа «Семь нозологий»).
К примеру, высокотехнологичная помощь на трансплантацию костного мозга от неродственного донора предлагается государством за 2,9 млн. руб. На деле же может потребоваться гораздо больше, до пяти миллионов рублей, иногда и больше. Тариф такой специализированной высокотехнологичной помощи не учитывает ряд необходимых для пересадки алгоритмов: лабораторное сопровождение, многие дорогие лекарства, лечение осложнений.
«В 2016 году в России выполнено около трехсот таких ТКМ (трансплантаций костного мозга) — и только 50 доноров были из нашего национального регистра. А донор из мировой базы обходится в 20 тыс. евро. Детям эти трансплантаты покупаем мы и фонд «Подари жизнь», взрослым — «АдВита» и некоторые другие фонды. Но взрослых больных больше, и денег не хватает», — сообщил в СМИ руководитель «Российского фонда помощи» (Русфонда) Лев Амбиндер.
Та же «АдВита» в 2016 году 78% сборов потратила на лекарства и оплату поиска и активации доноров костного мозга, 15% — на поддержку клиник (закупка расходных материалов, оснащение лабораторий). При этом политика «АдВиты» — не отправлять нуждающихся в лечении за границу, а стараться доставлять лучшие технологии и лекарства в Петербург.
«Токсичный сбор» из соцсетей
Приличные фонды самостоятельно проверяют все заявки и с точки зрения медицинской целесообразности, и с точки зрения потенциальной платежеспособности пациента. Но зачастую мошенники действуют из расчета на эмоциональный порыв потенциального жертвователя. Есть целые группы жуликов, которые специализируются на сборе средств через соцсети — это так называемый «токсичный сбор». Как правило, используются манипулятивные технологии: публикуются фотографии детишек в трубках, идет постоянный психологический шантаж жертвователя: если не поможете, то ребенок умрет, и т.д.
Если жертвователь пытается задать уточняющие вопросы, его изгоняют из группы и банят. Отчеты не публикуются либо они «липовые».
«Все должны отчетливо понимать, что никто эти деньги контролировать не может. У нас множество примеров, когда выясняется, что якобы «нуждающегося» в помощи человека просто не существует. А если он и существует, то сборы не нужны, потому что собирали на то, что можно вылечить в России. Тут жертвователи вообще не защищены, и мошенники это понимают и занимаются эмоциональным террором. Трудно трезво соображать, когда видишь страдающего ребенка. Люди искренне считают, что те, кто собирают деньги «на лечение», не могут быть жуликами. Конечно, могут. И это совсем не редкость», — говорит Елена Грачева.
Жертвователем быть трудно. Чтобы понять, мошеннический фонд или нет, надо обладать определенной квалификацией.
«Мы тратим время на поиск врача, парикмахера, репетитора. Не менее ответственно надо подходить и к выбору тех, кому вы хотите помочь. Нельзя действовать на порыве, на это и рассчитывают мошенники», — считают в «АдВите».
Что хотят фонды от государства
Административный директор «АдВиты» Елена Грачева формулирует правила игры, которые, по мнению представителей благотворительных организаций, принесут реальную пользу честным фондам — и, соответственно, людям, как в них работающим — так в них и нуждающихся.
«Что касается улучшения ситуации с фондами, то нужно, прежде всего, не врать, — считает Елена Грачева. — Кроме того, нам нужны правила игры. В законе о благотворительности много лакун. Они должны быть заполнены. Должны быть приняты внятные стандарты отчетности. Все партнеры благотворительных фондов — больницы, детские дома, интернаты — должны быть уверены (то есть иметь внятное публичное заявление от чиновников высокого уровня, например, а не только циркуляр), что обращение в благотворительный фонд — это нормально. Они должны твердо знать, что благотворительная помощь законна, и что сам факт привлечения благотворительных средств (а, следовательно, публичное признание нерешенной проблемы) не будет иметь административных последствий».
Очевидно, что ни одно государство не может полностью обойтись без помощи благотворителей, меценатов, подвижников. И их деятельность надо не только контролировать, но и стараться помогать, считает Грачева.
«Государство должно всячески поддержать благотворительную помощь в социальной сфере и поощрять тех руководителей, которые пытаются решать проблемы с помощью благотворителей, а не тех, которые эти проблемы замалчивают, — говорит административный директор «АдВиты». — Сильное государство — не то, которое отрицает проблемы, а то, которое их честно признает и не отказывается от помощи. И необходима возможность для каждого гражданина иметь право распоряжаться частью собственного подоходного налога, направляя его на решение социальных проблем через благотворительные фонды. Это есть во многих странах, и нам тоже не помешает».
Как проверить благотворительный фонд
Изучите сайт фонда. Если нет учредительных документов, нет адреса, или он вызывает сомнение, нет координат для обратной связи, банковских реквизитов, нет отчетности и детальной информации, куда были потрачены деньги, либо она подана так, что разобраться невозможно, — лучше не связывайтесь. Важно, опубликованы ли результаты аудиторских проверок, — для благотворительных фондов ежегодный аудит обязателен.
Жертвователь имеет право не только задать вопрос по телефону или электронной почте, но и запросить документы, подтверждающие обоснованность просьбы, и документы, объясняющие, куда было потрачено именно ваше пожертвование.
Помогает также простой поиск в Интернете: что говорят о фонде, не было ли с ним связано каких-нибудь скандалов, какие уважаемые люди или сообщества ему доверяют.
И, безусловно, нельзя подавать «волонтерам», которые собирают деньги, разгуливая по улицам с ящиком наперевес или побираясь в метро. Вы в принципе не сможете отследить судьбу своего пожертвования, и вероятность того, что она осядет в кармане просящего и его куратора, — практически стопроцентная.
Постарайтесь на сайте министерства юстиции найти информацию об отчетности фонда, которому хотите помочь. Посмотрите, на что он тратит деньги и сколько из них уходит именно на программную деятельность.
На сайте одного из самых уважаемых фондов — Русфонда — есть рубрика «Русфонд-навигатор». Там легко можно получить информацию о большинстве российских благотворительных организаций.