Как отслеживают человека на карантине
Ошибки, штрафы и неразбериха
В среду, 20 мая, в столице резко сократился суточный прирост числа заболевших COVID-19 — до 2,6 тыс. по сравнению с 3,5 тыс. днем ранее. Тем не менее сейчас в Москве число смертей от коронавируса выше, чем в начале мая (68 за сутки по данным на 21 мая по сравнению с 47 на 1 мая).
Опрошенные РБК 25 москвичей, оказавшихся на домашнем карантине, рассказали о проблемах в работе приложения «Соцмониторинг», ошибках при внесении в базу заболевших и мониторинге нарушения режима самоизоляции.
В опросе РБК приняли участие 11 жителей столицы с подтвержденным диагнозом COVID-19, десять членов их семей и четыре человека с пневмонией и отрицательными результатами тестов. Все опрошенные РБК больные лечились амбулаторно. Из них 17 подписали постановление об изоляции — документ, обязывающий их в течение двух недель не покидать место проживания.
Судя по результатам опроса, более чем половине опрошенных не предложили подписать постановление об изоляции, они не получали СМС с требованием установить приложение «Социальный мониторинг». Также находящиеся на карантине москвичи столкнулись с проблемами при вызове врачей, невозможностью узнать результаты теста на COVID-19 и трудностями при выписке.
РБК направил запросы в московский оперативный штаб по борьбе с коронавирусом, Главное контрольное управление (Главконтроль) и мэрию столицы.
Кто обязан соблюдать карантин
В указе от 5 марта мэр Москвы Сергей Собянин ввел режим домашней изоляции для людей, вернувшихся из стран с опасной эпидемической обстановкой. Через две недели Роспотребнадзор потребовал, чтобы карантин соблюдали все, кто вернулся из-за границы. Указ московских властей от 27 марта обязал соблюдать изоляцию и тех, кто проживает вместе с людьми, вернувшимися из-за границы. В указе от 21 апреля соблюдать карантин обязали также москвичей с симптомами ОРВИ и проживающих с ними.
Насколько жестко контролируется соблюдение карантина
Восемь из десяти опрошенных РБК членов семей больных коронавирусом рассказали, что к ним с требованием соблюдать карантин никто не обращался. «Мой заболевший папа — у него были все признаки коронавируса, температура, потеря обоняния, кашель — сам отправился в поликлинику, там его заставили подписать постановление об изоляции, о родственниках никто не спрашивал», — рассказал РБК Марк Иванов, сын одного из респондентов с положительным диагнозом на коронавирус. Позже его отец получил звонок, подтвердивший его диагноз. «В тот же день со мной связались из Роспотребнадзора, спросили, с кем я живу, — пояснил Виктор Иванов. — Я ответил, но с моими родственниками так никто и не связался, постановление [об изоляции] они не подписывали, потому что их об этом не просили».
Одна из членов семьи больного COVID-19 рассказала РБК, что сама вызвала себе врача, после того как у ее мужа диагностировали коронавирус. «Медсестра, которая пришла у меня брать тест, сказала: «Я б на вашем месте тест не сдавала — больше проблем, а так к родственникам мы сами не ходим брать тест — рук не хватает», — вспомнила она.
В департаменте здравоохранения РБК сообщили, что все граждане, находящиеся в квартире в момент визита врача, подписывают соответствующие бумаги об изоляции. «Врач не несет ответственности в случае, если сведения о совместно проживающих гражданах предоставляются неточно», — отметили в пресс-службе департамента.
Что такое «Соцмониторинг»
Это мобильное приложение, созданное, чтобы следить за соблюдением москвичами режима самоизоляции. Оно было разработано ГКУ «Информационный город», которое, судя по данным СПАРК, принадлежит департаменту информационных технологий Москвы (ДИТ). Сейчас оно доступно в Google Play и Apple Store. Программист Владислав Здольников сообщил «Медиазоне», что, судя по расшифровке кода приложения, оно отправляет данные эстонскому сервису Identix, предназначенному для распознавания лиц, и немецкой хостинговой компании Hetzner. Вскоре после этого «Соцмониторинг» был удален из магазинов приложений, но потом появился там снова.
Приложение фиксирует местоположение смартфона и пять-семь раз в день запрашивает селфи пользователя. В начале мая СМИ писали о массовых сбоях в его работе и о том, что оно автоматически выписало москвичам 35 тыс. штрафов. Главконтроль Москвы, который отвечает за выписывание штрафов, сообщал, что ни один из них не был обжалован. Позже представитель ДИТа сообщил РБК, что с конца апреля был установлен запрет на идентификацию через приложение с 22 до 9 часов, а выписанные «ночные» штрафы будут официально отозваны из Главконтроля.
Использование приложения нарушает конституционные права граждан, считает эксперт по информационной безопасности Иван Бегтин. «Во многих странах внедрение даже гораздо более простых приложений сбора данных о пользователях ограничено, — уточнил он. — Например, в Австралии принят закон о биобезопасности, регулирующий хранение и удаление данных после пандемии, а в Израиле кнессет прямо ограничивает правительство в сборе информации». Пока мэрия Москвы не примет нормативный документ, явно определяющий процедуру удаления всех собранных данных, «нет и не может быть доверия ко всем декларируемым ее официальными представителями уверениям в их благих намерениях», убежден Бегтин.
Как контролируют больных коронавирусом за рубежом
За рубежом появилось несколько приложений, ориентированных на использование в условиях пандемии. Одно из них с помощью Bluetooth позволяет пользователю отслеживать приближение людей с подтвержденным диагнозом, оно используется по всей Европе. В Германии приложение для сбора информации о COVID-19 разработал Институт им. Роберта Коха. Жители Китая обязаны установить на свои смартфоны программу, которая оценивает показатели их здоровья и в зависимости от них присваивает цветовые коды — зеленый, желтый или красный.
Обязательно ли устанавливать приложение
В постановлении, которое подписывают люди с подтвержденным диагнозом, указано, что они обязаны подключиться к телемедицинской системе департамента здравоохранения столицы и установить «Соцмониторинг». Установка приложения обязательна для всех, кто должен соблюдать карантин, — для людей с положительными тестами, для тех, кто их сдал и не получил результат, для людей с симптомами ОРВИ и для тех, кто с ними живет.
В ДИТе РБК сообщили, что о необходимости установить приложение сообщается всем москвичам, подписавшим документ об изоляции. Однако из 25 опрошенных РБК жителей столицы 16 не получили СМС с требованием установить «Соцмониторинг». Еще двое признались, что получили сообщения, но устанавливать программу не стали, так как слышали о сбоях в ее работе.
«Никакой ответственности за это не последовало, потому что, по моим ощущениям, во всей информационной системе [связанной с коронавирусом] творится страшная неразбериха», — сообщил РБК один из заболевших.
Причина проблем в работе «Соцмониторинга» в том, что приложение писалось в спешке, с маленькими ресурсами, объяснил РБК генеральный директор Института исследований интернета Карен Казарян. Многие функции и принцип работы приложения совершенно не продуманы, убежден эксперт. Но главная проблема в другом: не очень понятно, зачем такое приложение нужно вообще, считает Казарян. Именно поэтому большая часть столкнувшихся с пандемией стран не стали разрабатывать аналогичные по функционалу приложения. «Люди в большинстве своем поступают сознательно, если дать им возможность поступать сознательно: когда им доставляют продукты, периодически проверяют их, дают им возможность позвонить на горячую линию врачу, когда их не оставляют в безвыходной ситуации», — убежден эксперт.
Как власти следят за людьми на карантине
За нарушителями карантина в Москве также следят видеокамеры, сообщал начальник Главконтроля Евгений Данчиков. Если человек отходит от места изоляции более чем на 50 м, ему может быть выписан штраф. Четверо из опрошенных РБК москвичей с подтвержденными диагнозами признали, что во время карантина отходили от мест своей изоляции более чем на 50 м, чтобы сходить в аптеку, перепарковать машину и т.д. Однако они не получили ни штрафов, ни предупреждений.
Чтобы проследить, находится ли человек дома во время карантина, к больным также без предупреждения направляли врачей и медсестер для сдачи анализов. Двое из 11 опрошенных РБК переболевших сообщили, что их предупреждали о визите врача в течение дня, но к ним так никто и не пришел. «Было странно, — рассказала медсестра Любовь Иконникова. — Когда бы нам ни звонили из оперштаба, никто в итоге не приходил, зато врачи из поликлиники, которых мы вызывали, всегда приходили».
Неразбериха в информационном обеспечении работы врачей, поликлиник и административных структур понятна, сказал в разговоре с РБК чиновник московской мэрии. «Все делалось с колес, у ДИТа было страшно мало времени, а оперштаб создавался буквально в течение нескольких дней», — напомнил он. База находящихся на карантине москвичей находится в ведении городского департамента здравоохранения и Роспотребнадзора, лечат людей врачи из поликлиник, а контролирует все это оперштаб, объяснил источник РБК. «Поэтому неизбежно и возникает ситуация, что две руки не помогают друг другу, а мешают, обязанности распределяются странно, правила лечения и формулировки документов все время меняются», — признал он.
Кто лечит больных коронавирусом
После того как человеку ставят диагноз «COVID-19», его данные передаются в московский оперштаб. Для хранения этой информации в столице создана специальная база, сообщал председатель Мосгордумы Алексей Шапошников.
Как рассказали РБК трое врачей одной из московских поликлиник, чтобы прекратить карантин, заболевшим необходимо сдать два отрицательных теста подряд, повторную компьютерную томографию легких, ЭКГ и (желательно) пройти осмотр у врача. Между первым и вторым тестами должно пройти восемь дней, между вторым и третьим — десять. Однако четверо из респондентов РБК с подтвержденным коронавирусом рассказали, что в их случае сроки не соблюдались. «Второй тест мне пришли делать только через две с половиной недели, я уже подумал, что про меня забыли, — сказал один из них. — Пришедший врач пояснил, что мое дело потерялось и уехало из центра Москвы, где я сдавал тест, в Щербинку, к моему тезке».
Один из врачей, которые согласились обсудить проблему с РБК, показал корреспонденту список «потерявшихся» пациентов с положительными анализами. На привязанной к его поликлинике территории «потерявшихся» оказалось более двадцати. «Это происходит так: московский оперштаб собирает эти сведения, а потом спускает их нам, чтоб мы лечили пациентов по месту жительства. Но система работает через пень-колоду, поэтому часто люди с положительными диагнозами не попадают к нам обратно, если только сами не позвонят и не поскандалят», — сказал он.
Как выписаться из реестра больных
Еще одна проблема, с которой столкнулись люди на карантине, заключается в том, что об отрицательных результатах тестов сообщают не всем. Из 25 человек, опрошенных РБК, 15 сдавали тесты на коронавирус, из них 11 получили положительные результаты первого теста. После сдачи повторного теста всего троим позвонили, чтобы сообщить об отрицательных результатах. «Все так: чтобы сообщать всем об отрицательных результатах, не хватает рук», — сказал РБК один из врачей. Проверка результатов тестирования может занимать от одного до десяти дней.
«Если ты отсидел предписанное в постановлении количество дней, сдал три теста (включая два отрицательных) и тебе никто не позвонил, вроде как ты можешь быть свободен, — поделилась с РБК одна из москвичек, переболевшая COVID-19. — Но мне и после того, как я закрыла больничный и выписалась, продолжают приходить уведомления от «Соцмониторинга», который я удалила. Боюсь, как бы не выписали штрафов».
В департаменте здравоохранения РБК сообщили, что сведения о результатах анализов аккумулируются Роспотребнадзором и информация о тестированиях обновляется в автоматическом режиме. По данным департамента, результаты лабораторных анализов на коронавирусную инфекцию, проведенные в городских учреждениях Москвы, доступны в электронной медицинской карте, они появляются там в течение двух-четырех дней. При этом к 21 мая ни в одной медкарте опрошенных РБК не появились результаты их тестов. Позже пресс-служба департамента уточнила, что в электронной медкарте появляются результаты анализов, сданных после 20 апреля.
Как закончить карантин без штрафов
Когда у человека, находящегося на карантине, заканчивается установленный срок изоляции, он автоматически удаляется из базы, рассказали РБК на горячей линии департамента здравоохранения. Однако двое врачей, посещающих карантинных больных, сообщили РБК, что система часто дает сбой и человек остается в списке и после конца карантина. Оператор горячей линии затруднился ответить, что делать человеку, оказавшемуся в подобной ситуации.
Удалить следящее приложение «Соцмониторинг» можно на следующий день после даты окончания карантина, указанной в подписанном документе, рассказали РБК в ДИТе. «Если у человека возникают вопросы о работе приложения, задать их можно по телефону горячей линии», — сообщили там. Все семеро респондентов РБК, кто установил приложение «Соцмониторинг», удалили его по окончании срока карантина. Шестеро из них рассказали, что получали запросы на установку приложения после его удаления, а двоим пришли штрафы на 4 тыс. руб.
Если гражданин считает, что штраф выписан по ошибке, он может воспользоваться механизмом обжалования, уточнили в ДИТе. «Для этого надо получить официальное заказное письмо с постановлением о совершении административного правонарушения. Забрать его гражданин может после полного выздоровления в почтовом отделении», — говорится в ответе на запрос РБК. Направить жалобу в районный суд или орган, выписавший штраф, можно в течение десяти суток после его получения.
Так накипело, что специально зарегистрировалась на Пикабу, чтобы разместить этот пост. Считаю, что кому-то может быть полезным знать некоторые особенности контроля нашими доблестными гос.структурами за гражданами, заболевшими covid, или лицам, контактировавшим с ними.
Небольшая предыстория. Так случилось, что у меня появились легкие симптомы простуды (пару дней побаливала голова, небольшая заложенность носа) и я сходила сдать тест на всякий случай в платную клинику (просто для целей понять могу ли съездить к родным пенсионного возраста и быть безопасной для них), тест оказался положительным. Я удивилась, т.к. на дату сдачи теста симптомы уже практически ушли и чувствовала я себя нормально.
Ну ок, хорошо, что это вовремя выяснилось (подумала я). Клиника передала результаты теста в Роспотребнадзор и сказала ждите звонка от них, а пока соблюдайте режим самоизоляции. Ок, ждем, соблюдаем.
Тест был сдан в среду, звонок от представителей Роспотребнадзора случился в понедельник на следующей неделе, т.е. через 4 дня моей самоизоляции.
На вопрос, с какого дня отсчитываются 14 дней изоляции, Роспотребнадзор ответил, что с даты сдачи положительного теста, поскольку врач, в зависимости от занятости, может и неделю к вам идти, но вы же в этом не виноваты (что логично).
Успокоенная таким ответом, я добросовестно соблюдала карантин и ждала врача из местной поликлиники.
Врач пришел на третий день после разговора с Роспотребнадзором, т.е. на 6 день моего карантина. Спросил про симптомы (которых нет), дал подписать мне бумажку о соблюдении режима изоляции (то самое Согласие), в бумажке проставил дату сдачи положительного теста и заверил, что да, 14-дневный карантин будет отсчитываться от этой даты. Сказал, что ко мне придут взять повторные тесты на ковид на 11 и 13 день карантина, и если они будут отрицательными, я свободна (в смысле могу закрыть больничный и прекращать сидеть безвылазно дома). На следующий день мне пришла смска с требованием установить приложение Социальный мониторинг, установила, начала отправлять селфи по запросам приложения, чтобы подтвердить, что нахожусь в своей геолокации.
А дальше началось интересное. На следующий день мне позвонили из ковидного штаба нашей поликлиники и уведомили, что карантин я буду соблюдать 14 дней с даты оформления Согласия. При этом этой датой (по их мнению) считается дата прихода врача, а не дата сдачи положительного теста, у них в электронной базе стоит именно эта дата, а что там написано в бумажной версии Согласия, их не колышет.
На аргумент, что Роспотребнадзор и врач говорили совершенно другую информацию, было сказано, что это все не имеет значения. И то, что я не должна отвечать за 6-дневную волокиту в приходе врача, также не имеет значения. При этом больничный они раньше окончания срока карантина, само собой, не закроют. Это для меня очень критично, т.к. без денег сидеть я тоже не могу по милости наших формальных тетушек из местного ковидного штаба. Ясное дело, что такой ответ меня не устроил, и я попыталась найти концы в теме исчисления сроков соблюдения карантина:
2. Позвонила на горячую линию Роспотребнадзора, где после выслушивания 10 вариантов на какую циферку мне нажать, чтобы услышать ответ автоответчика по простейшим вопросам, наконец-то ответил оператор. На мой вопрос он ответить не смог, но дал телефон Департамента здравоохранения по г. Москве и сказал звонить туда. По этому телефону я дозвониться так и не смогла (там просто включается автоответчик с предложением еще 10 вариантов вопросов, на которые отвечает опять же автоответчик или просто идут гудки (никто не берет трубку, звонила в районе 16.00 по Москве).
На 11 день, если считать с даты сдачи положительного теста, ко мне пришли и взяли повторный тест на ковид, он отрицательный. Симптомов никаких не осталось уже давно.
Но это все неважно. Больничный мне закроют только через 9 дней, и этот период мне конечно никто не оплатит.
Если бы я знала обо всем этом раньше, я однозначно не пошла бы сдавать тест и не стала бы связываться с нашей системой здравоохранения. Я бы просто сидела и работала дома, а дней через 10 сдала бы тест, чтобы убедиться, что он отрицательный. К сожалению, наш минздрав и иже с ним так и не смогли организовать работу системы контроля так, чтобы это был не формализованный бред, а что-то полезное для людей и соответствующее ситуации каждого конкретного человека.
Пост без рейтинга, может кому-то будет полезно и интересно.
Власти Москвы проследят за изоляцией через распознавание лиц и геоданные
С 30 марта в столице введен режим домашней самоизоляции для всех жителей в связи с пандемией коронавируса. Объявляя об этом, мэр Москвы Сергей Собянин заявил о разработке «умной» системы контроля за соблюдением домашнего режима и установленных правил перемещения граждан. По его словам, система будет развернута в течение недели. Как именно она будет работать, власти пока не разъяснили. РБК опросил экспертов, знакомых с деталями реализации проекта, и узнал о сложностях введения этой системы.
Какие варианты системы обсуждаются
Для контроля за соблюдением режима изоляции будет использоваться усовершенствованная версия существующей в городе системы видеонаблюдения и распознавания лиц, которая ранее использовалась для поиска граждан, нарушивших двухнедельный режим самоизоляции после прибытия из стран с неблагоприятной эпидемиологической ситуацией. Об этом РБК рассказал источник на рынке, знакомый с деталями разработки проекта, и подтвердил источник, близкий к МВД.
Городская система видеонаблюдения включает камеры, установленные во дворах, на подъездах жилых домов, в парках, школах, поликлиниках, магазинах и на стройках, а также в помещениях административных зданий и других общественных местах. Город использует систему распознавания лиц компании NTechLab (12,5% принадлежит госкорпорации «Ростех», 25% — фонду Рубена Варданяна, остальное — еще шести физлицам). В обычное время с помощью этой системы ищут преступников, в 2018 году ее применяли при проведении чемпионата мира по футболу, а с февраля 2020-го используют для поиска нарушителей режима двухнедельной самоизоляции. С ее помощью столичная полиция обнаружила более 200 нарушителей режима карантина, говорили 18 марта в столичном МВД. Сейчас система распознавания лиц с камер в подъездах, во дворах жилых домов и на городских улицах объединяет 178 тыс. устройств. В течение года к ней планируется подключить еще 9 тыс. камер.
По словам источника РБК, знакомого с деталями проекта, для контроля за всеми жителями столицы нужно будет внедрить двухфакторную модель наблюдения. Базой для нее станут геолокационные данные, которые операторы связи могут получить со смартфонов своих абонентов. Несколько собеседников РБК указали, что выявить нарушения общегородских ограничений на передвижение исключительно с помощью видеокамер и системы распознавания лиц не получится. «Сейчас в систему загружается список тех, кого необходимо найти, и это ограниченный круг лиц, в основном это люди из федерального розыска. Если мониторить всех жителей города, кто не попадает под исключение в ограничительных мерах, с технической точки зрения система справится с этим, но полиция не сможет выезжать на вызов каждый раз, когда кто-то выходит из дома», — пояснил один из источников РБК, знакомый с принципом работы городской системы.
Еще один собеседник РБК рассказал, что распознавание лиц с помощью камер необходимо для вторичной идентификации — прежде всего тех, кто вышел на улицу без мобильного телефона. «Смысл системы распознавания по лицу в том, чтобы следить за кем-то. А если мы следим за всеми, то это технически проще сделать другими способами, а дополнительно контролировать можно с помощью камер, например установленных в подъезде», — объяснил он.
По словам источника РБК, данные с камер будут собраны и обработаны государственной информационной системой (ГИС) «Городская система видеонаблюдения», оператором которой выступает департамент информационных технологий (ДИТ) Москвы. Он также отметил, что, несмотря на то что платформа ГИС мультивендорная, фактически с ней работает только NTechLab. «Когда эта система только создавалась, никто не предполагал, что она будет проходить боевые испытания уже в марте. Поэтому пока другие вендоры подключиться к ней не успели», — заявил источник.
Однако, как пояснил после выхода материала основатель и председатель правления компании VisionLabs Александр Ханин, их городская система видеонаблюдения использует также продукт этой компании. В составе системы VisionLabs отвечает за обработку данных в реальном времени со всех 105 тыс. городских камер. Вопросы поиска нарушителей ограничения на передвижение с помощью системы он не комментирует.
Каковы технические ограничения
По словам представителя NTechLab, технически в их систему распознавания лиц можно загрузить данные обо всех жителях столицы, однако будут ли этими возможностями пользоваться в Москве, комментировать не стал, переадресовав вопросы к столичным властям. «Алгоритм распознавания лиц технологического партнера «Ростеха» компании NТechLab позволяет в том числе отслеживать появление перед камерами людей из списков, формируемых органами, обладающими правом доступа к системе», — отметил представитель «Ростеха». Например, во время ЧМ-2018 распознавание лиц помогло задержать лиц из списков федерального розыска, а также предотвратить попадание на матчи и в фан-зоны тех, кому вход был запрещен.
Для слежки за гражданами во время пандемии в России используют QR-коды, видеокамеры и данные телефонов. Как работают эти технологии и насколько они эффективны
В России внедряют всё больше новых технологий, чтобы следить за гражданами во время пандемии. В Москве запустили приложение для контроля пациентов с коронавирусом, которое требует доступ к геолокации и звонкам, в Нижегородской области уже работает система выхода на улицу по QR-кодам. В Петербурге полиция обещает следить за нарушителями режима самоизоляции с помощью видеокамер.
Социолог Кирилл Титаев из Института проблем правоприменения рассказал «Бумаге» о том, как российские власти следят за гражданами и эффективны ли эти технологии в борьбе с пандемией.
Кирилл Титаев
— В разных странах запускают технологии слежения для борьбы с коронавирусом. Используется ли что-то подобное в России?
— Насколько мне известно, специализированные технологии слежения в России пока не используют. Сейчас что-то обсуждается в Москве на уровне запуска. Насколько я могу судить, это не сверхсложная история — ее можно сделать в сжатые сроки и реализовать в разных регионах.
— Да, я говорю про QR-коды. Мы не знаем, что в них конкретно будет, это пока известно лишь разработчикам (по словам Дрозденко, QR-коды позволяют через привязанные сим-карты контролировать перемещения граждан; их хотели использовать в Москве как пропуска для выхода из дома, но запуск пока отложили — прим. «Бумаги»).
Возможности у этих QR-кодов две. Первая — это аналог, например, французской системы: когда вы куда-то идете, заполняете от руки бумажку, объясняя, откуда, куда, со скольки, до скольки и зачем вы идете. В данном случае полицейский смотрит за вашим перемещением и отслеживает, не отклонились ли вы от маршрута и не слишком ли долго идете. Причем заполнить при полицейском бумажки уже нельзя. Но это программа максимум.
Программа минимум — просто автоматизация создания таких записей о планируемом перемещении.
— Здесь важно понимать, что даже в Москве часть COVID-положительных людей находятся на лечении дома. И, соответственно, в ситуации нарушения ими жесткой самоизоляции такая система имеет место быть. Но ее техническая реализация пока остается неясной.
Делать это публичной информацией кажется неразумным: например, если людям будут приходить сообщения о том, что в их доме живет человек с коронавирусом, то это, скорее, посеет панику.
Насколько реализуема такая система для органов власти — это открытый вопрос. Но специалисты достаточно часто критикуют качество тех данных о локации, которые мы получаем от сотовых операторов. Там довольно много необъяснимых скачков, довольно больший радиус, в котором лоцируют человека. Соответственно, в некоторый радиус — если, например, это многоэтажная застройка — могут одновременно попадать тысячи человек.
— А по телефону COVID-положительного человека нельзя понять, с кем он контактировал?
— В идеальной ситуации, если бы пациент ездил только по маленьким деревням, понять было бы можно. Но в настоящей ситуации, когда у нас основная зона риска как раз многоэтажная застройка, понять, с кем человек конкретно общался, почти невозможно.
Думаю, все сталкивались с тем, что в «Яндекс.Такси» при заказе на 30–50 метров сбоит точка геолокации. Здесь у нас то же самое, только еще сотни людей и невозможность понять, на каком конкретно этаже был человек.
Конечно, в мире есть специальные устройства, которые позволяют делать подобное. Но на базе обычного телефона без активного участия пользователя создать такое, мягко говоря, сложно.
— Ловить по камерам того, кому предписано сидеть в карантине, — это решаемая задача. На это полностью тратится время одного сотрудника.
Если есть небольшое количество людей, которых нужно проверить на соблюдение карантина, помогут подъездные камеры. Там можно просмотреть, когда перед камерами появлялось какое-либо движение. В случае небольшого подъезда — это работа на день на одного поднадзорного. Если этих поднадзорных десятки или сотни, то можно отследить и определенные группы — если люди не пытаются скрыться намеренно.
Если человек хочет сбежать, то сможет скрыться: зайти в подъезд так, чтобы камера не определила лицо, несложно. Так как мы зачастую живем в подъездах не одни, полицейский, отслеживающий камеры, увидит, что за день вышло 500 лиц, из которых примерно 15 не удалось идентифицировать по разным причинам: человек не так подошел, был в низко надвинутом капюшоне и так далее. В их числе вполне может быть сбегающий.
Нужно понимать существенное ограничение наших камер в городе. Подобные декларации безопасности — как рамки в метро или на вокзалах. Если кто-то имеет сознательную цель обмануть систему, это с легкостью удастся: она страхует нас только от полных идиотов-злоумышленников и благонамеренных граждан, которые пытаются сделать глупость.
При этом как массовой истории — например, в размере целого города — этого можно не опасаться. По нашей информации, систем, которые бы делали подобную работу за человека, практически нет. Об этом можно говорить, только если Петербург закроют на строгий карантин, где сам факт появления человека в десятитысячном микрорайоне может стать поводом для его поиска и преследования.
— То есть камера в городе, подключенная к этой системе, не сможет из сотни лиц выявить одно и передать информацию?
— Всё, что мы знаем об этой системе, говорит о том, что информация о централизованной базе, куда можно загрузить фотографию приехавшего, после чего камеры по городу будут в потоке вылавливать его лицо и автоматически сообщать об этом, — это фантастика.
— Есть и другая технология. Мэрия Москвы выпустила приложение, которое предлагают использовать тем заболевшим, кто обязался соблюдать карантин. При этом оно запрашивает доступ к геолокации, камере и другим личным данным. Если эти данные собирают, они точно будут использоваться?
— Они могут собираться просто так, а могут и использоваться. Мы это узнаем в тот момент, когда появятся первые правоприменительные акты, основанные на этих данных.
— Если это приложение удалить, оно продолжит собирать данные?
— Вообще, разработка приложения, которое говорит, что удалено, а на самом деле продолжает собирать данные, — трудоемкая задача. Нужно оставлять за собой какой-то «хвост» и продолжать работать. А это незаконно.
Помимо российского законодательства есть политика провайдеров. Уже нельзя просто взять и прислать файл, чтобы он установил на телефон некоторую программу. Сейчас приложение загружается в Google Play или Apple Store, которые в обязательном порядке проверяют, как работает приложение, и подтверждают безопасность. Получается, российские власти должны убедить гигантскую платформу врать пользователям, что, мягко говоря, затруднительно.
— Сейчас полиция также активизировалась по поводу фейков в соцсетях. Понятно ли, как выявляют людей, которые отправляют фейки?
— Если смотреть по опыту работы с политическим преследованием по фейковым новостям, то в основном речь идет о ситуациях, когда человек практически ничего не скрывает. Мы знаем, что значительная часть преследований за репосты — это история, когда человек просто пишет, как его зовут, в его аккаунте есть некоторое количество личных фотографий и так далее. В общем, его достаточно легко идентифицировать, прийти к нему домой и проверить логи на ноутбуке или компьютере, где видно, что человек это постил.
Это стимулирует правоприменителей работать на очевидных кейсах, особенно когда кейсов много. Полицейский ищет в соцсетях тех, кто репостит панические новости про коронавирус, и выбирает из множества-множества кейсов тот, где идентифицировать автора максимально просто. То есть в итоге полицейский может заявить, что обнаружил десять человек и привлек их к ответственности, — а на все остальные десятки тысяч сил не было.
Это тоже похоже на «театр безопасности». Если у человека есть какая-то задача раскрутить панику в конкретном районе и он обладает минимальными техническими познаниями, то, скорее всего, пострадают те, кто будет это репостить и транслировать, а не сам инициатор.
— Обобщая всё вышесказанное: насколько действенны существующие в России меры по отслеживанию нарушений во время пандемии?
— Обобщать пока рано. Чтобы говорить об эффективности, мы должны посмотреть, чем это всё закончится. У нас в истории не было подобных ситуаций. Так как мы не вирусологи и эпидемиологи, мы еще даже не очень понимаем, насколько именно эти меры являются максимально оправданными.
Сейчас мы можем лишь довериться экспертам и верить, что власти слушают хорошо подготовленных экспертов. Других вариантов нет: независимо от того, находимся мы в Петербурге или Милане.
Важно понимать, что любые массовые меры будут работать только тогда, когда в их реализацию будет активно включено общество. Как только общество решит, что карантин необязателен, как только мы столкнемся с массовым неподчинением, работать не будет вообще ничего.